Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Я - секс-рабыня.
 
Ярослава ТАНЬКОВА
В московской фирме Ярославу пригласили работать 'танцовщицей в Израиле'. Чтобы свести риск к минимуму, она заплатила за опеку израильскому сутенеру Леше, который помог ей под видом рабыни 'внедриться' в один из невольничьих караванов. (Их гонят через пустыню из Египта в Израиль.) Двое суток похода по пустыне измочалили рабынь: у всех носом идет кровь, одна из девочек получила солнечный удар, другую ночью изнасиловал бедуин... Сотовый телефон в пустыне не работает. Наша Ярослава уже не верит в возвращение. Даже написала маме прощальное письмо...

Невольничий караван.Третьи сутки: осторожно, мины!

К исходу третьего дня ехавший на верблюде бедуин спешился. Полумертвую Розу, которая ехала с ним, тоже кое-как поставили на ноги. Она получила сильнейший солнечный удар и упала в обморок еще в первый день нашего путешествия. С тех пор у нее не спадала температура, и на ногах она держалась с большим трудом. Саша кое-как объяснил нам, что дальше надо идти цепочкой и несильно отставать друг от друга. Верблюд возглавлял процессию. Его ударили палкой, и мы пошли.
Зачем такие построения, арабы не объяснили. Но все девчонки сразу сошлись на мысли, что именно сейчас мы пересекаем границу Израиля и надо оставить поменьше следов. Однако под ногами не было и намека на распаханную 'контрольную полосу' или колючую проволоку. Зато на торчащей из песка желтой жестяной табличке очень скоро я прочла черную надпись на иврите: 'Зеэйрут, мокшим!', в переводе 'Осторожно, мины!' Видимо, эта же надпись повторялась на английском и арабском языках. К моему (в данном случае) несчастью, я более или менее знаю иврит. Я все поняла, и душа ушла в пятки. Однако никто из девочек не смог перевести написанное, и я решила не сеять панику. Просто шагать стало в несколько раз труднее, будто ноги вязли в воздухе. 'Теперь понятно, почему мы идем цепочкой и зачем впереди верблюд', - думала я, снова прощаясь с жизнью, в который уже раз за этот долбаный поход. Больше никаких особых чувств, кроме сильной тошноты, тогда не было. Заминированное поле - оно, как обычное. Только идти по нему очень, очень страшно. Впрочем, постепенно устаешь бояться.
Как потом мне сказали в Израиле, наши проводники, видимо, немного заблудились и забрели на старые минные поля у границы с Египтом, которые еще называют 'краем летающих верблюдов', потому что 'кораблям пустыни' не раз случалось взрываться в этих местах. Однако больше табличек не встречалось. И когда наши провожатые расслабились (еле живая Роза и один из бедуинов вновь сели на верблюда), у меня заболело сердце от счастья.

Конец пути - Израиль!

Вечером мы разглядели вдали черный купол бедуинской палатки. 'Дошли! Повезло!' - чуть не орала я. Но тогда даже не представляла, КАК повезло!
Уже потом я узнала, что большинство невольничьих караванов тратят на пересечение пустыни не трое суток, а неделю. Что чуть ли не каждый второй из них попадает под обстрелы пограничников или других бедуинов, пытающихся отбить 'товар'. Что частенько бедуины выкупают девочек у 'хозяев' (одна рабыня стоит около 20 верблюдов), а то и просто оставляют ее у себя под предлогом, что она заболела, пока не надоест. А потом уже порядком потрепанную отправляют со следующим караваном. Что именно на этом отрезке пути многие девочки просто бесследно исчезают...
- При обстреле одну из девочек нашего каравана ранили в ногу, - рассказывала мне позже одна из пойманных израильской полицией проституток. - Бедуин повел нас дальше, а ее оставил там, под камнями, пообещав, что кого-то пришлет. Больше я ее не видела.

Да, нам очень повезло! И если бы у меня тогда был выбор, я бы малодушно (или разумно) прекратила это сумасшедшее испытание судьбы. Но выбора не было.
Бедуинские палатки, к которым мы вышли из пустыни, оказались большими и достаточно многолюдными. Здесь были даже женщины, с опасливым любопытством разглядывавшие потрепанных и запыленных рабынь. Но нашему счастью не было предела! В тот момент я даже забыла, что я журналистка. Я была просто одной из девчонок, которые выжили в невольничьем караване.
Однако впереди нас ждал невольничий рынок...

ВОПРОС - РЕБРОМ. Почему девочек везут в Израиль?

Рабство, например, во Франции, ничем не отличается от рабства в Америке или в Арабских Эмиратах. Но русских девочек больше всего именно на Ближнем Востоке, потому что там самый большой спрос (восточные люди - горячие) и самые дешевые визы. А наши красавицы традиционно безденежные, и платить за их перевоз приходится сутенерам, которые стараются экономить. Правда, и цены на рабынь на 'невольничьем рынке' там ниже.
Исключение - Израиль. Здесь цены на рабынь в последнее время страшно взлетели. Во-первых, из-за риска - год назад издан закон, строго карающий сутенеров, и полиция мастерски посадила уже не один десяток. Во-вторых, из-за сложности исполнения. Ведь святая земля давно уже не принимает одиноких молодых девушек ни под каким соусом. Ни туристок, ни едущих в гости... Все они - потенциальные секс-рабыни. А в стране и так тысячи нелегалок со всего мира. Их ловят, депортируют... И все равно ежегодно 3000 новых появляется. Поэтому девочек везут через пустыню, из Египта. Получается очень выгодно: затраты - только на дешевый тур в Хургаду, а цены - до 15 тысяч долларов за девочку. Конечно, если она выживет в пустыне и ее не украдут бедуины.

 
Со времён людоедства нравы очень огрубели...
	Подставь правую ягодицу,когда тебя бьют по левой...
	Психически больная совесть...
	И многое другое в новой книге Михаила Маковецкого 'Белая женщина'.
	http://www.psich.com